Содержательная история, или Одно свидание

Анатолий сидел в ресторане и ждал свою спутницу, которая опаздывала уже на неприличное количество времени. Он старался не злиться, потому что снова приближался к возрасту, когда только и хотелось прицепиться к юбке и не отставать от неё. До пяти лет – это юбка матери, после 45 – хорошей женщины и жены. Анатолию было 44 года, и мать его уже давно не устраивала.

Он сбился со счёту, на скольких свиданиях был. Мужчина назначал их по несколько в день, чтобы найти ту самую, которая польстится на его ум и обаяние. Мама часто говорила ему, что он умнее всех мальчиков, а все девчонки – дуры и стервы, которые посягают только на её золотце и его деньги. Да, ресторан был его.

А мужчине только и хотелось, что погрузиться в мягкое, женское. Ему дюже желалось встретить с милой дамой восход солнца. Но пока он пытался спрятать пупок, который тоже восходил через щель рубашки, которая предательски расходилась на пузе.

Всего два часа назад он распрощался с Кристиной, девушкой с сайта для содержанок. Раз есть деньги, можно претендовать и на красивую девушку, а не на замухрышку. В своём профиле Кристина писала, что любит путешествовать (открыты визы в Англию, США и Шенген), интеллектуальное кино (потому что все серии «Мухтара» пересмотрела ещё в юности), и от мужчины не требует подвигов. Оплачивать же свои креветки отказалась, а что подешевле не взяла. Так что проверку Анатолия она не прошла: оказалась такой же меркантильной, как и все на этом сайте. Но должна была прийти Нина, на которую всё же была надежда.

soderzhankaАнатолий стал вспоминать всех женщин в своей жизни: их было много, но всё без толку. С кем-то погуляли, с кем-то потолкались, но дольше одной ночи ничего не продолжалось. Он безжалостно желал женщины. Причём бескорыстной – Анатолий, конечно, неисправимый романтик.

Ковыряясь в зубах очередной зубочисткой, он стал вспоминать свою первую и настоящую любовь. В первом классе его посадили с миленькой девочкой Катей. У неё были вьющиеся шоколадные волосы и зелёные глаза, напоминающие два сигнальных маячка, конечно, если бы те были зелёного цвета. Тогда-то Анатолий Андреевич и втюрился бесповоротно: в колечко-колечко передавал камушек только ей, плёлся за ней как хвостик и рисовал ей открытки на все праздники (от Нового года до Дня электрика). Он не сводил с неё глаз, мечтая о том, как они вырастут и он непременно на ней женится, потому что все остальные девочки – дуры…

– Толя, ты меня слышишь?! Толя! Твоя очередь! Читай! С кем я говорю? Я тебя пересажу: Катя на тебя плохо влияет… – долбанув указкой, уже кричала Нина Владиславовна, первая учительница.

И не соврала, действительно пересадила, и сердце Катерины занял Пашка. «В голове какашка», – подумал Анатолий.

– Здравствуйте, извините, что опоздала, просто автобус долго не ехал. Вы давно ждёте? – за стол села его долгожданная спутница, запыхавшаяся и раскрасневшаяся.

Анатолий окинул её взглядом: Нина выглядела устало в своём строгом костюме, на котором были какие-то белые пятна – то ли от пепла, то ли от мела. Нина явно наврала про возраст в анкете: вокруг глаз у неё уже были паутинки морщин, и шею она прикрывала бадлоном – ну ничего, ровесница даже лучше, по крайней мере, «Глухаря» мы с ней смотрели в одном возрасте.

– Вы выбрали очень красивый ресторан, тут уютно. Даже украшения такие винтажные: пилястры, балюстрады – я жутко люблю всё красивое, – хотела понравиться или извиниться Ниночка.

Анатолий всё хотел выкинуть эту рухлядь, но жалел денег. Всем он говорил, что не будет ничего делать без чуткого на прекрасное женского взгляда.

– Анатолий, давайте на ты. Мне кажется, мы можем поближе познакомиться.

– Конечно, давайте. Ой, давай, называй меня просто Толя.

– Ха-ха, хорошо, Толяша, – Нина смахнула со лба химически завитые волосы, и он увидел глубокую морщину, пересекающую весь лоб.

Анатолию это даже нравилось: точно такая же была у его мамы. С этой морщинкой можно играть, засовывая палец, как в рот, изображая, что голова курит сигарету, забавно.

Они разговаривали несколько часов. Об искусстве, о любимом советском кино. О школьных годах, когда было вкусное мороженое, о забавах и всём мелочном. Анатолий понимал, что попадает в Нинины сети: он очаровался и готов был простить ей заказанный кофе за целых 150 рублей. Любовь творит странные вещи с человеком. В его глазах Нина стала походить на Катю: её волосы становились будто тёмными, а она сама мягкой и почти маленькой. Он уже представлял, как будет её обнимать за плечи, хватать за талию, шептать ей на ухо: «Нина, Нина, Ниночка»…

– Толя, ты меня слышишь?! Толя!

– Что?.. Что ты сказала?

– Я говорю, твоя очередь рассказывать историю.

– Нина Владиславовна? Это вы?

Анатолий не мог поверить своим глазам: он прожил 40 лет, чтобы оказаться на свидании со своей первой учительницей, из-за которой у него ничего не вышло с нормальными женщинами. Катька, поди, уже замужем и деток нарожала, а он бобылём ходит.

– Я Толя, вы меня не помните? Я у вас в классе был. Вместе с Пашкой, Катей, вы ещё меня отсадили от неё. Я всё вспомнил!

Нина сидела, насупившись: ей было ужасно стыдно, что всё происходит именно так. Толю она помнила смутно, и от его злого, испепеляющего взгляда ей было только хуже.

– Зачем вы здесь?! Вам сколько лет?! Неужели вам кто-то нужен? В вашем возрасте ещё и на деньги позарились!

– Пойми, Толяш, зарплата учительницы маленькая. Раньше на конфеты жила и деньги с подаренных цветов. А сейчас, после кризиса, ничего и не носят. Так я же женщина ещё моложавая, решила немного так прокормиться. Пойми меня, Толенька, не сильно ругайся. Если можешь, помоги мне чем-нибудь: по хозяйству или там такси оплати, денег-то у меня совсем кот наплакал…

Толя был в бешенстве. Но что-то внутри говорило вместо него – он положил свою руку на её бедро, немного поднимаясь выше, убрал прядь волос за ухо и лоснящимися губами прошептал:

 – Я всё прощу и помогу, но вы же, всё-таки, содержанка. И ремесло своё знаете. Так что не сопротивляйтесь.

Текст: Анастасия Евдокимова
Карикатура: Анастасия Евдокимова
Обложка: Анастасия Воробьёва 

Добавить комментарий