Ничего не значащая сказка, или Крах либерализма

Однажды заяц перед волком провинился. Бежал он, видите ли, неподалёку от волчьего логова, Кремля, да по Тверской осмелился прогуляться. А волк-то его увидел и как закричит: «Заинька мой несогласованный! Остановись, миленькай».

А заяц не только не остановился, а ещё пуще ходу прибавил, да вот уже хотел на фонарь запрыгнуть, как тут волк ап! – и поймал его в три прыжка: «За то, что ты с первого законного предупреждения правоохранительных органов не остановился, вот тебе моё конституционное решение: приговариваю тебя к лишению живота посредством заседания. А так как я сегодня уже свою норму засадил и посадил, и волчиха моя и друзья-кабаны в этой, как её, госдуре… сыты, то ты сиди тут и жди своей очереди. Или в СИЗО, или ко мне в пузо. Иль же я тебя послевыборным указом амнистирую да помилую, ха-ха-ха».

Сидит заяц, не шевельнётся, позеленел аж от страха, ждёт очереди своей. А у него сердце так и останавливается: как же он так, бежал ведь домой к себе, в норку, посты «Сталингулага» читать, «Медузу» листать и в комментариях писать: «Пора валить». А теперь-то что?Не узнают подписчики его, как в стране всё плохо, а так хотелось косому хоть в последний раз крикнуть: «Люстрации! – иль, на худой конец: – Партия жуликов и воров!» Но поздно уж горевать, пора часы до смерти считать, замечтался.

И вот сидит он ночью и дремлет. И всё ему снится сладкий сон, как волк делает его при себе министром особых поручений: вот ему вольготно тогда – ничаво не делай, знай себе зайцев всяких лови и сажай, капусту их ешь, и не надо хвост на морозе студить – красота. Так вот открывает глаза и видит – чу, брат перед ним стоит да говорит: «Ох и попал ты. Давай быстро в ЕСПЧ сбегаем напоследок, а то любили тебя там больно, что и расставаться жаль. А потом вернёшься обратно, там уж волк пусть хоть ест тебя». Заяц подумал: «А чего и нет. Времени у меня много, да и денежки там не маленькие, а лапочка-дочка моя учиться сейчас пойдёт, и хочется ей не абы-куда, а в Америку: такая она у меня – с претензией». Делать нечего – побежал.

Сделал все дела свои либеральные да оппозиционные и видит, что опаздывает! На свою ж посидку, дурак. Вот и дал маху, да так зарядил, что вмиг у волчьего логова оказался. Да и заливается: «Тута я, волк-батюшка, тута. Не подвёл тебя, прямехонько к СИЗО и прискакал, как и велено мне было». Волк доволен своей куколкой, марионетушкой, кивает да улыбается, мол, и правильно, и пригоже это так устроено. Оно ведь как в мире – кто громче всех возмущается да в колокола бьёт без толку, тому (уж так Богом заведено, а не нами, зверьём) ноги быстрые даны, чтоб слинять можно было. Вот оно, что наукою оппозиционной зовётся.

Волк-то подбоченился: «Можно-можно вам, зайцам, верить. Вот тебе моя резолюция: сидите вы со своей либерульной братией до поры до выборов, а впоследствии я вас… ха-ха… помилую!»

Добавить комментарий