Ко Дню памяти жертв блокадного Ленинграда, мы спросили у представителей разных поколений жителей города, как им в детстве рассказывали о событиях этих 872 дней.

Александра, 76 лет

Я родилась в марте 1945, в Ленинграде и росла в то время, когда военная литература была культом. Последнюю книгу прочитала в школе и больше не трогала, даже в руки не брала. И с кино тоже самое. В молодости же на один и тот же фильм по несколько раз бегали смотреть, а о чем большинство – о войне. Ну вот сейчас как вижу сражения на экране – сразу канал переключаю. Настолько много и насыщенно, перегружено оказалось. А потом я ещё работала в интернате и там все эти праздники, дни, свечи памяти. У нас была хорошая карта боевых действий вокруг Ленинграда, для детей понятная. И мы эту карту срисовывали. До сих пор её помню. И видимо уж очень много и так напористо военное искусство пыталось втиснуться в жизнь, что теперь, когда у меня есть выбор – мы никак не соприкасаемся.

Екатерина, 18 лет

Тема войны в нашей стране и системе образования – сезонная. Говорим об этом за неделю до и после самой памятной даты. Для Блокады Ленинграда – это 8 сентября и 27 января. В эти дни в школе проходили концерты и линейки. Обязательно: хор первоклассников и душещипательные стихи от старшеклассников. Маленькие дети, конечно, толком не понимали то, о чём говорят. Заучили ритмично, вышли и рассказали. И я принимала участие в таких мероприятиях. Это обязательный момент нашего патриотического воспитания, через который в добровольно-принудительной форме прошли все. 

Иногда в школу приглашали творческие коллективы. Однажды к нам пришел хор пенсионеров-ветеранов. 


«Первоклассник с пустыми глазами и осознанные заинтересованные люди, которые сами прошли все ужасы  – разные вещи»


Не знаю, почему детей в военной форме считают милыми. Сам же ребенок не понимает, зачем ему дают автомат и пилотку. Мне кажется это развлекуха для взрослых. Это как раз навязчиво. А приглашение ветеранов – нет. 

Кадры голодающих и страдающих детей для меня самые ужасные. Вспоминаю фотографии из больниц, где лежат малыши с перевязанными ножками, ручками, головками. И это ещё одна причина, почему не стоит одевать детей в военную форму – нельзя показывать войну с такой точки зрения. 

У всех коренных петербуржцев старшее поколение как-либо прикоснулось к блокаде. Моя семья тоже через это прошла. Прабабушка тогда провела самую страшную зиму в Ленинграде. У нас хранятся её школьные фотографии 1941 года. Я передам их своим детям. Для меня этот период – и важный этап в истории страны, и личная трагедия, поэтому не часто хочется всё ворошить. 

Сейчас я более чётко всё осознаю, опираюсь на знание истории, больше понимаю последовательность событий. Постепенно складывается огромная мозаика. Помогает интернет, где больше людей рассказывают о своих семейных военных историях. Составляется полная картина, как всё было на самом деле. Как и в детстве — трепет, ужас и благоговение перед теми, кто выжил, остались.

Анна, 46 лет

В школе рассказы о блокаде никакого негатива у нас не вызывали. Водили в музей истории Ленинграда, рассказывали классические факты о том, кто сколько хлеба получал и как все инстанции героически продолжали работать. Не до какой чернухи не доходило – было не принято об этом как-то говорить, не считали нужным  акцентировать внимание на потерях войны – только на достижениях. Это только в перестройку стала появляться информация, по которой всё выглядело не так однозначно и появились некоторые новые факты. При этом, конечно, я на всю жизнь запомнила такой факт: «Живописец Филонов умер одним из первых, потому что не состоял в Союзе Художников и не успел получить талоны на питание». 

Мария, 22 года

Как сейчас помню – я, классе во втором сижу в небольшом актовом зале на неудобном стуле и смотрю документалку, которую для галочки поставили к какой-то из памятных дат. Дедушка с экрана рассказывает историю о том, как чуть не съели его младшего брата. Спустя время мне кажется, что весь тот фильм был посвящён исключительно каннибализму. Может, это и не правда. Но в таком случае это просто красноречивый пример того, как работает восприятие впечатлительного ребёнка. Наверное в нулевых просто было популярно проливать свет на какие-то тёмные темы войны, зацензуренные в «Совке». Да и наши учителя – в лучшем случае внуки тех, кто пережил блокаду. Но при чём тут второклассники? 

Может быть поэтому к осознанному возрасту у меня сформировался какой-то эмоциональный блок на эту тему. Как защитная реакция на страх и отвращение из детства. Но при этом, конечно, не хочется, чтобы подвиг наших прабабушек и прадедушек превратился в очередной набор нудных и бесполезных мероприятий, за которые какой-то грустный учитель должен отчитаться в РАНО. 

Иллюстрация: Алина Абрамчук

Posted by:Развилка

Новое медиа про людей, которые создают и исследуют современный мир. Развилка не выбирает хороших или плохих героев, лёгкую или сложную дорогу – свой правильный путь прокладываете вы.

Добавить комментарий