Союз самоизоляции, или Когда это всё закончится

Семилетний Ваня бежал по квартире, держа в руке игрушечный самолетик. Мальчика неожиданно поднял отец, обнял и показал взглядом на сидящего в углу комнаты деда.

Жир-стоп, я подошёл из-за угла, или Кушать подано

Пиксельные палочки на экране холодильника сложились в цифру два. Феклуша с ужасом открыла глаза – за окном прогремела патрульная машина. В простенке замелькала белая от страха и полупрозрачная от недоедания фигура матери. Через несколько минут в ногах Феклуши уже лежал набитый доверху походный рюкзак. Она выползла из кровати, сопровождаемая взглядами домашних. Громче всех плакала бабушка Зина, которая винила во всём себя.

Китайский вирус, или Их боялись даже чеченцы

Савелий всегда был бунтарём и нарушителем правил – вот и сейчас он всё-таки разрешал себе выходить из дома дальше 100 метров, наплевав на карантин. Но всё-таки мурашки бегали по всему его телу, как блошки – ему было страшно.

Проблемы мигрантов, или Как перестать быть проблемой

Рамзул сидел на крыше высотки. Он строил здание на окраине Москвы и считался лучшим рабочим из тех, кто приходил ночью на стройку и, пока никто не видит, доделывал работу за своими официально трудоустроенными коллегами. Он смотрел на восходящее солнце и думал: «Вот бы мне и всем моим друзьям разрешили легально работать». Его мысль прервал звонок телефона. Это был Ойбек – его друг-узбек, работающий на соседней стройке. Рамзул взял трубку:

Арабская ночь, или Проблемы отношений

@big_salam_dikkk сидел на краю какого-то моста в Стамбуле и часто вздыхал от тоски. «Почему ты вздыхаешь?» – говорил ему голос в голове. «Капец, у меня в голосах голова», – отвечал он сам себе. Но на самом деле его терзало одиночество.

«MOD» им судья: день из жизни простого российского глянца

Здание редакции «MOD» прорастало из самой благодатной московской почвы в районе Дмитровки. Сколько этажей в нём, никто не знал – подобно атланту, оно держало небо, не позволяя ему упасть. На это были причины: своим зорким оком «MOD» должен был следить за всем, что творится в Златоглавой-Белокаменной.

Карантинная журналистика, или Кули нам, сатирикам

На часах было далеко за полночь. Мозг автора отдела сатиры уже утратил контроль над руками, которые продолжали печатать… Хотя им давно было выявлено, что мозг – социальный конструкт. В сознании горело только одно слово: дедлайн.

За здоровье молодых, или Брак по интернету

Всё смешалось в доме Никифоровых. Замуж выдавали младшую дочурку Надьку. С утра уже выглаживалась бабушкина фата, крутились бигуди, ресницы наливались цветом. Рук на всё не хватало катастрофически: с начала карантина в квартире осталось трое жильцов – Надька да её пожилые родители.

Наверх