Петербург помнит Ленинград

Осенью 2017 года комитет по градостроительству и архитектуре устроил конкурс на лучший проект для нового, современного музея блокады Ленинграда. Отобрали несколько команд, которые заранее предоставили свои портфолио. Среди участников были международные, московские и петербургские студии. Победителем стала концепция бюро «Студия 44». Камень на месте будущего комплекса заложили, к важной дате приурочили, вот только в январе этого года проект заморозили и начали активно реставрировать уже существующий музей. Главный архитектор проекта Иван Кожин рассказал Развилке, как превратить место памяти в общественное пространство, интегрировать его в жизнь города, вместить один музей в другой и при этом быть готовым к тому, что такое место всё равно не появится.

Фикус, карты и галоша – что ещё хранит квартира Зощенко?

За дверью квартиры номер 119 по адресу Малая Конюшенная, 4/2 расположен музей-квартира Михаила Зощенко, где только обои, шторы и фикус ему не принадлежат. Рассказываем, как он жил и зачем гадал на картах.

В гости на набережную Фонтанки XVIII века: как жил Гавриил Державин

Дом Державина – одно из первых каменных строений Петербурга с историей такой же интересной, как и у его хозяина. Теперь каждый может узнать о бытовой стороне жизни поэта, приехав на набережную Фонтанки, 118.

Будущее сегодня: японский взгляд на медийное пространство. В Хельсинки

Как погладить крокодила и остаться в живых? Почему для посещения музея нужен хороший вестибулярный аппарат? Отвечаем на эти на первый взгляд не связанные вопросы, побывав в Amos Rex в Хельсинки.

А сейчас Кировский – заводила?

«Зачем Кировскому заводу музей, ведь он такой страшненький» – реплика избирательной посетительницы. Иначе думал Иван Газа, рабочий и революционер: такому «основательному», всегда лидирующему по качеству заводу нельзя без своего музея.

Время жечь кирху, время реставрировать кирху

Как в петербургской Анненкирхе религиозные лекции уживаются с поп-музыкой и почему отреставрировать лютеранскую церковь поможет только чудо, рассказывает Анне Чашкиной дьякон Евгений Раскатов.