Авиационный тетрис

Как готовят самолёты к полёту, с чего начинается работа экипажа и почему заправлять личный авиалайнер будет проблематично?

О чём мечтает стюардесса

– Прости, Совёнок, ты же знаешь, что от меня ничего не зависит, – маленькая, укутанная в тёмно-зелёную куртку девушка с аккуратно уложенным пучком старается говорить как можно тише.

Она сжимает в свободной руке самодельную черепашку с косыми глазами и фиолетовым панцирем – наверное, подарок от любимого чада. Из трубки доносятся звонкие недовольные всхлипывания. – И я люблю тебя, дорогой. Целуй от меня бабушку. Я ещё позвоню… После брифинга.

Она кладёт трубку, поправляет голубой атласный шарф, широко и вымученно улыбается своему отражению. «Аэропорт «Пулково», не забывайте, пожалуйста, свои вещи!» – кричит кондуктор, и автобус останавливается. Все начинают медленно, волоча за собой чемоданы и небольшие забитые сумки, выходить на воздух.


АЭРОФАКТ №1: Из-за пониженного давления восприятие солёного и сладкого притупляется, поэтому еда кажется не такой вкусной


Лабиринт аэродромного улья

По количеству людей «Пулково» можно сравнить с метрополитеном в час пик, вот только длится он здесь в течение целых суток семь дней в неделю, а досматривают на входе независимо от объёма перевозимых вещей. На лице пассажиров и провожающих – сонная взволнованность. Они внимательно всматриваются в монитор с расписанием рейсов и, находя нужный, двигаются к указанной стойке регистрации. Знакомый всем голос объявляет о продолжении регистрации на рейс в Прагу и появляется некоторое оживление:

– А может, ну его, этот Оренбург? Слетаем на недельку в Прагу, никто и не заметит, – предлагает азартный смуглый студент. – А честь университета отстоим в другой раз!

– Если Коля не приедет до конца регистрации, то так и сделаем, – отвечает ему немолодой мужчина с оранжевым галстуком, не переставая нервно отбивать ногой такт.

Но Николай успел, поэтому международный перелёт решено отложить.

Я поднимаюсь на второй этаж и направляюсь к кабинетам администрации, где в скором времени должна встретиться с Дмитрием Козловым, диспетчером и руководителем отдела организационного обеспечения полётов воздушного судна, но в итоге теряюсь. Здесь, в длинных пустых коридорах, можно встретить лишь одиноких заблудившихся пассажиров. А тем временем за соседней стеной проходит предполётный брифинг готовящегося к вылету экипажа. На нём пилоты и бортпроводники узнают все необходимые данные об аэропорте назначения, погодных условиях и количестве пассажиров.

Находит меня Дмитрий в служебных лабиринтах достаточно быстро. Вместо деловитого мужчины в костюме я встречаю добряка в джинсах и клетчатой рубашке. Он твёрдо пожимает мне руку, искренне улыбается и предлагает провести небольшую экскурсию по залам аэропорта. Все узкоспециализированные термины он поясняет, опережая вопросы, в нём чувствуются закалка и педантичность.

– Самое главное для нас, чтобы пассажиры были довольны на каждом этапе своего путешествия, – рассказывает Дмитрий, и на примере регулярного рейса Санкт-Петербург – Оренбург мы разбираем все нюансы подготовки лайнера к полёту: она начинается, когда самолёт прилетает в город-отправитель.


АЭРОФАКТ 2: О необходимости перевезти оружие следует сообщать в авиакомпанию. На входе будет встречать служба безопасности, которая заберёт его и доставит на борт в отдельном порядке


Потехе не время, на дело – час

Хотя лайнер и прибывает на 13 минут раньше, на земле его ждёт холодный приём, словно опоздавшего. Он быстро становится объектом зоркой, бдительной, справедливой и не изименной по времени 60-минутной технической «критики» десятка наземных специалистов. Они предпочитают оставаться в тесном кругу давно знакомых коллег, поэтому, прежде чем приступить к работе, дожидаются, пока посторонние покинут борт.

Словно по свистку со всех сторон на «железную птицу» накидываются мужчины в жилетах и куртках с жёлтыми вставками. Передвижение работников отнюдь не кажется хаотичным: каждый знает свою роль. Первым делом ставятся колодки к шасси, которые, оказывается, далеки от миниатюрных копий: их размер соизмерим с колесом трактора, благодаря чему создаётся впечатление, что самолёт мог бы подняться в воздух, даже если бы взлётно-посадочная полоса (ВПП) была на бездорожье после ливня.


АЭРОФАКТ 3: В сезоны холодов полосу и судно обрабатывают антиобледенительным веществом. Оно растапливает лёд и предотвращает прилипание обильного снега


А вы говорите по-английски?

Командир прибывшего экипажа проводит заключительный обход, вносит замечания в бортовой журнал. Уследить за всеми процессами – трудная задача. Аэродромные пчёлы умудряются осуществлять сотни дел сразу: с плавной лёгкостью открываются массивные двери багажных отсеков, которые находятся в передней и хвостовой частях для правильного распределения веса, и чемоданы, обёрнутые по нескольку десятков раз пищевой плёнкой, отправляются на ленту выдачи к своим нетерпеливым хозяевам. Начинаются процессы заземления, снимающего скопившиеся электростатические заряды, и подключения электрической сети, опустошения туалетов и наполнения баков чистой водой, проверка приборов.

Перерыв между полётами экипажа должен быть не менее восьми часов. Новый командир проводит повторный обход, с особым вниманием осматривает фюзеляж (корпус), двигатели и занимает своё место для настройки навигационного компьютера, проверки и заполнения регламентированной документации. В их числе свидетельство о регистрации самолёта, отчёт о проведённом инспектировании, бортовой журнал. Сверху и снизу в кабине расположено бесконечное число разноцветных датчиков и экранов, кнопок и ручек, все они подписаны на английском.

– Предпочтение международному языку отдаётся даже при неформальном общении пилотов в воздухе, – улыбаясь моему удивлению, говорит Дмитрий.


АЭРОФАКТ 4: Во время трансатлантических перелётов некоторые берут места у аварийного выхода, для того чтобы лечь на пол и поспать не в кресле эконома, а на удобном ковролине


Как же «кормят» самолёты?

По перрону распространяется резкий запах керосина. Следующий этап – заправка. Если вы решите завести себе личный авиалайнер, имейте в виду, что шланг ни одной известной бензоколонки не дотянется до нужного отверстия, ведь топливо поступает через крыло.

– Расчёт заветных килограммов производится в компьютеризированном плане полёта, где чётко расписан весь маршрут от точки A до точки B, – объясняет Дмитрий. – Система распознаёт, какой расход будет на том или ином участке, анализирует численность пассажиров и вес груза, а затем выстраивает необходимый запас с учётом дополнительных затрат в случае такого манёвра, как уход на второй круг при посадке.

На перроне заметно прохладнее, чем в городе, покрасневшими от морозного ветра пальцами инженер вносит показатели, дополнительно проверяя правильность указанных цифр. В голову приходит майская трагедия в «Шереметьево» (возгорание авиалайнера, летевшего в Мурманск, и жёсткая посадка унесли 41 жизнь), ведь в путь собирается точно такой же «Superjet».

– А что происходит с керосином в чрезвычайных ситуациях?

– Если есть возможность, лайнер покрутится, чтобы сжечь горючее, и сядет. Если нет, то в дело вступает руководство полётной эксплуатации. Капитан воздушного судна сам принимает решение, в каком случае воспользоваться им можно, а в каком нет. Некоторые летательные аппараты оборудованы сбросом топлива. Чтобы коснуться ВПП с определённой вертикальной скоростью, вес не должен превышать допустимое количество тонн. Иначе для обеспечения безопасности сбросят лишний груз.


АЭРОФАКТ 5: Кислородные маски и спасательные жилеты – сертифицированное оборудование. Во время каждого технического обслуживания их меняют на новые


«Внимание! Начинается посадка на рейс…»

По сравнению с недавней торопливостью сотрудников, медлительность проходящих на борт беззаботных пассажиров кажется неестественной. Наступает самая вкусная часть подготовки: подъезжает кейтеринговый автолифт с бортовым питанием. Лакомства спешно встречают. Тележки, в которых надёжно спрятаны блюда, крепятся на кухне.

По другую сторону дюралюминия – высококачественного, нержавеющего и не поддающегося коррозии сплава – бережно укладывают чемоданы. После того, как владельцы помахали им ручкой на ленте регистрации, сумки отправились на многоступенчатую карусель системы сортировки багажа, где их ждал сканер и проверка «личности».

– Если кто-то не явился на посадку, передаётся информация о снятии чемодана: он не может улететь без собственника. Поэтому погрузка – конечный этап, – рассказывает Дмитрий.

Ловко подцепив небольшой крючок, отсек закрывают, и по сигналу буксировочного бригадира тягач, или, как его принято называть в профессиональном кругу, «водило», выталкивает на руление не умеющий давать задний ход лайнер.

Ещё один успешный раунд в ежедневном марафоне на качество и скорость окончен с отметкой «отлично». С хорошим настроением специалисты по наземному обслуживанию откланиваются и переходят к новому подопечному, а «SSJ 100» набирает обороты и возвращается в родное небо.

Текст: Анжелика Хмелевская
Фото: пресс-служба аэропорта «Пулково»

Добавить комментарий

Наверх