Аборт или апорт: трагедия эмбриона Алёшеньки

Аборт: да или нет? Нужен ли вопрос? Нужно ли разрешение, легализация? Во время жарких (или жареных) споров на кухнях, в нижних и верхних палатах Парламента, на учёных советах кандидатов и докторов медицинских наук по гинекологии, акушерству и в других злачных и не очень местах к нам в руки попал шокирующий материал – дневник эмбриона Алёшеньки.

2 день

Я обязан чуду своему «появлению»: моя мама – сепаратистская лесбиянка и феминистка. Говорят, появились новые технологии, и женщина может забеременеть от другой женщины через костный мозг. Но в таком случае рождаются только девочки – girl power?! Но я не девочка – и это чудо!

1 неделя

Так, стоп. А кто тогда мой отец? Мама осязаема, она тёплая, мягкая, но злая. Я не хотел подслушивать, но мои руки ещё не сформировались (впрочем, как и всё остальное) и я не могу заткнуть уши: мама болтала со своей подругой, вертосексуальной активисткой, о своих чувствах. Она ненавидит мужчин, не хочет иметь с ними ничего общего, не хочет видеть и слышать их. Мама, прости. Я ошибка.

1 неделя, 3 день

Я вроде не вьетнамец, а значит, пока я не родился – меня нет. Тогда где я? В аду небытия? Хайдеггер говорил о невозможности небытия – в огороде бузина, в Киеве дядька. Пока я не осязаем, не создан в бытово-человеческом смысле, меня нет. Хотя у меня нет самосознания, как и сознания, и я не отличаю сущее от бытия. И наоборот. Вот когда рожусь, тогда начнётся рай. Начал отмечать на мамином пузе чёрточки.

1 неделя, 5 день

Ох, как же мне быть? Культура согласия, которая так близка маме, не даёт мне права запрещать ей ни пить, ни курить. У неё был тяжёлый день, и я наглотался дыма. Но это мелочи: и не с таким справлялись. Как же мне до неё достучаться? Как сказать, что я согласен быть рождённым. Мама, да. Жизнь меня принимает прохладно – кто родился, поймёт.

2 неделя

Сегодня очень важный день для мамочки: 8 марта. Она рада и весь вечер готовилась к праздничному митингу: разогревала горло для кричалок, рисовала плакат «Мужчины – биомусор. Мужчины за войну, а мы за мир». Думал ли Лев Николаевич в таком ключе? Загадка века. Мама говорит, что аборт – не убийство. Интересно, что такое аборт? Странно, что она совсем забыла о своей задержке. Как она это объясняет? Точно не мной.

На этом дневник чудо-эмбриона заканчивается. На праздничном митинге одна из активисток запустила флешмоб «кто не скачет, та рожай» – целая площадь сотрясалась. От больших и изнурительных физических нагрузок у женщин* (нельзя же всех, кто не мужчина, называть женщинами) случаются выкидыши. Наверное, Алёшенька погиб.

Вы можете задаться вопросом: а не выдумка ли это? Существовал ли когда-то на свете эмбрион Алёшенька – решайте сами. Однако документ этот – нетленное доказательство нашей правоты – никогда не пропадёт.
То-то.

Текст и карикатура: Анастасия Евдокимова

Добавить комментарий