«Скажите, я бабушка крепкая»

Только спросишь у неё про медали ‒ Лидия Николаевна Уткина расскажет всю свою жизнь. И про госпиталь в блокаду, и как регулировщиком работала, и что на танцы с приятельницей ходит. В свои 96 называет себя «живенькой». А мы до интересных историй жадные ‒ так почему бы не послушать?

Работала я всю войну в Ленинграде медсестрой. Когда началась война, только закончила медицинскую школу. Я сама из Старой Руссы, это километров 200 от Ленинграда. Большое было поселение, 220 домов ‒ всё потом разрушили, немец два раза проходил.imgonline-com-ua-Resize-qg4LesG4iWR

А тогда я семилетку закончила и поехала в Ленинград профессию получать. Хотела техником, но не было общежитий, пришлось идти на мясокомбинат. Там работала и училась на медсестру.


«Раньше чувствовали, наверное, что война будет, ‒ годовалые курсы открыли»


И вот объявили войну (мне 18 годиков было), мы с курсов пошли в военкомат добровольцами записываться. Но попали не на фронт, а в госпиталь. Петроградскую сторону знаете? Вот там на улице Красного Курсанта было лётное училище до войны, а в войну ‒ госпиталь. Отдала документы, направление ‒ дали военную форму сразу, без всякой практики взяли. В первый день всё показали, а на следующий пожалуйста ‒ сутки дежуришь. Мы раненых кормили, и перевязывали, и уколы делали ‒ всё делали, всю войну. Раненых тел сразу по 25‒30. Вот я и няня обслуживали сотками, сотками… Работа была нелёгкая. В нас стреляли ‒ на Пулковских высотах орудия стояли, ‒ каждый день почти обстреливали. Бомбили. А мы есть хотели, и холодно было…

Когда освободили от блокады, нас, персонал с нескольких госпиталей, ночью через Ладогу перевезли на ту сторону. Там поезд ждал с теплушками ‒ телячьими вагонами. Мы нары построили, в середине вагона поставили чугунку. И неделями (потому что все другие поезда пропускали) ехали из города в город: армия их освобождала, а мы за армией. Первым освободили Днепропетровск. Потом Николаев город, Браилов… И Секешсехервар.


«Мы тоже долго выговаривать учились, я уж на всю жизнь запомнила: Секеш-сехер-вар»


А 24 февраля 1946 года демобилизовали, приехала в Ленинград разрушенный. Жить негде. Не помню, кто подсказал, устроилась в милицию с общежитием на улицу Карповки. Научили регулировать, и вот я год регулировала дорожное движение палочкой. Ну чё хорошего? На перекрестке стоишь часами ‒ это сейчас фонарики, а тогда палочками махали. Но надо было работать. Потом на «ГосЗнак» послали дежурить, раз мы военнообязанные. Там деньги делали, а мы охраняли, чтоб не выносили никакой бумажки денежной, а то мало ли ‒ найдут и будут переделывать всё…20190930_180559.jpg

Не помню, кто меня прописал у себя где-то потом, но я устроилась работать в ясельки воспитателем! И проработала 34 года! В 64 года на пенсию пошла. Вот живу сейчас в квартире своей, а то 15 лет всё моталась по чужим углам.


«Сына в 30 лет захотела и родила, хотя негде жить было ещё Витёше ‒ вот такая отчаянная дева»


Сейчас с внуком я, ему 30 лет в мае будет. А он живёт – бумажку упавшую не поднимет. Полы мою сама ‒ или ко мне приходит знакомая, с ней вместе полы моем: я ведро наливаю, она тряпочкой водит. В магазин хожу, пакеты таскаю, готовлю – всё сама. Так и живём: внук сам по себе, я сама по себе. Даже кушаем по отдельности.

Ох, а недавно в автобусе так угрохалась! Мне в транспорте сложно, я только зашла, повернулась сесть на сиденье ‒ сиденье высоко, пониже заняты были, ‒ взялась за ручку, ногу подняла ‒ автобус как дёрнет! И я прям вот этим боком о палку… Так болело! Дня четыре прям не могла дыхнуть. Сейчас вот полегче.


«Так и живём: внук сам по себе, я сама по себе. Даже кушаем по отдельности»


А так я гуляю много… Вот знаете Румянцевский садик? Там концерты летом бывают каждое воскресенье с двух часов дня. И мы с приятельницей ходили танцевать. Хорошо, нам со скидкой 100 рублей, а то билеты дорогие… Танцевали понемножку, да: вальс, другие медленные танцы.

В театры не хожу, слышно плохо, а фильмы больше смотрю по телевизору ‒ их же там полно. И дома включу, как хочу, телевизор ‒ всё слышно. Ко мне приятельницы приходят, все с палочкой. Им по 80, а мне 96 ‒ я живенькая.


«Вот с меня пример берут, я их стержень крепкий. Так война закалила, наверное»


На 9 мая меня приглашают. Приятно, приятно, конечно ‒ есть вещи, которые всегда приятны. Обратно привозят к исполкому, полковники куда-то в ресторан идут, а я только солдат ‒ меня никуда! Никуда: ни в ресторанчик, ни в столовую… Домой иду свой борщ есть. Ну ничего, худенькая я: жирное не люблю, сладкое не люблю. Так чтобы я купила пирожен ‒ не помню. Может, разве кто угостит – отказывать неудобно, а так лучше огурчик съем, селёдочку с картошечкой.

Foto_v_molodosti

Живу я на Нахимова, на чашку чая приходите. Что к чаю принести? Ну сладкое не надо, лучше фрукты. Внука посмотрите – сколько вам годиков? У меня один внук неженатый! Сейчас же девушки любят богатых ‒ мой не миллионер, но обеспечен. Что-то там ловит в интернете, зарабатывает… Но я-то не понимаю, чё уж в таком возрасте понимать.

Так что приходите. Только заранее позвоните, а то я не всегда бываю дома. На чашку чая ‒ всегда да, может, и суп ещё будет.

Записала Маргарита Воротникова
Фото: Маргарита Воротникова, из личного архива героини

Добавить комментарий