Хирургическая правда

Когда мы вспоминаем травмы, полученные в детстве, редко задумываемся о врачах, которые ставили нас на ноги. Ещё реже можем услышать их собственную историю. Детский хирург Максим Зуев рассказал Развилке о себе и ситуациях из практики. 

«Я хочу работать руками, а дети хотят жить»

Изначально мне хотелось лечить людей, потому что родители – врачи. Где-то со второго-третьего класса я чётко решил, кем собираюсь стать. Уже позже понял, что мне хочется работать не только головой, но и руками. Вот и выбрал хирургию. Почему именно детскую? Дело в том, что для поступления в Первый медицинский надо было платить, а денег в семье не было. При этом, в педиатрический можно было поступить бесплатно, своей головой. 

Именно там я понял, что с детьми мне нравится работать больше. Они хотят жить. Взрослые желают обязательно умереть, а перед этим ещё и сгнить. У детей такого нет. Ребёнку надо только надо немного помочь, и он сможет выздороветь. 

«Я вижу, что сделал»

Реально получаю удовольствие от работы, потому что вижу эффект от неё. То есть это не просто так, что ты дал таблетку, неделю посмотрел и решил: блин, наверное, надо дать другую. А пошёл на операцию и поменял что-то или создал. Как говорят психиатры: «Человеку, чтобы нормально развиваться, нужно выплёскивать своё либидо и мортидо» – позитивную и негативную энергию. Чаще всего детский хирург – это человек самоудовлетворённый, потому что между ним и детьми происходит обмен положительной энергией. Так он реализует своё либидо. А с мортидо помогают операции. 

«Роботы-хирурги – это хорошо, но я не доживу»

Развитие технологий – классная вещь. Но я не беспокоюсь о том, что прогресс оставит меня безработным. Сейчас нет ни одного робота, который может оперировать. Независимо от его возможностей, управляет им настоящий хирург, которому далеко не 15 лет. На этих аппаратах всегда работают люди со стажем. Во-первых, такая техника по-скотски дорогая. Например, медицинский робот «da Vinci» стоит два миллиона долларов. Во-вторых, подобные системы совсем не облегчают работу. Они должны расширять возможности хирурга, но от этого не проще. Зная современные тенденции развития технологий, я уверен, что на мою длинную жизнь работы хватит с головой. 

«Лучше бы людей не приходилось спасать»

80% моей работы не вызывают особых сложностей. Но есть оставшиеся 20, с которыми всё сложнее: приходится тратить больше времени на операции из-за уникальных моментов, которые требуют дополнительных усилий. С пятью из этих 20-ти ни один адекватный человек встречаться вообще не захочет. Чтобы блеснуть перед коллегами, достаточно просто сложных случаев, а эти не укладываются ни в какие рамки. Они требуют огромных трудозатрат, привлечения различных специалистов. И тут нельзя точно знать, что всё будет классно.


Я вот не смогу сказать: «Ой, да что вы, мама. Пускай эта патология встречается один раз на две тысячи детей, но сейчас всё будет зашибись»


Примерить на себя роль доктора Хауса – это, конечно, здорово, но и сталкиваться с такими случаями никому не захочется. И мне – тоже. 

razvilka1

Дети – взрослым не игрушка 

За время работы в приёмном отделении понимаешь, что родители часто не несут в голове ответственности за своего ребёнка. Особенно, когда это первенец. Для тех, кто только стал мамой, хочу сказать, что за ребёнком нужно ухаживать 24 часа в сутки. Поэтому профессия мамы – это действительно тяжело, если ты хочешь, чтобы твой ребёнок не погиб во всех смыслах. 

Как только ты почувствовал, что стало так тихо и хорошо, знай, что именно в эту секунду ребёнок собирается себя убить: он пытается выпить жидкость для мойки унитаза, опрокинуть на себя кипяток или выйти из окна.

После прихода в этот мир все хотят попробовать всё. И ребёнку не важно, что хорошо, а что – плохо. По статистике, 80% бытовых травм дети до десяти лет получают после девяти вечера. Это действительно бесит, ведь в моём детстве была передача «Спокойной ночи, малыши». Она заканчивалась в девять и давала понять, что ребёнку пора готовиться ко сну. От современных родителей можно часто услышать, что их чадо плохо спит в нужное время суток. А всё из-за того, что ребёнок не знает, когда ему надо спать. И единственный вопрос, который ты задаешь родителям, когда их дети травмируются вечером: «Мама, сейчас час ночи. Почему ребёнок не спит?» 

«Время ненавидеть»

В наше время дети не дерутся кулаками. Во всяком случае, в моём детстве народ просто дрался. Мы били и ломали друг друга кастетам, цепями. А сейчас просто достают нож или пистолет и начинают своего соперника убивать. В частности, был товарищ, который, по его словам, «случайно шёл по улице, и на него напали плохие ребята». И вот, приехал этот мальчик, здоровый 16-летний балбес с ножевым. Его пырнули в шею. Повезло, что из анатомически важных структур не порезали почти ничего. Шея – это вообще важное место, и там надо постараться куда-то не попасть. На груди у этого парня было набито «time to hate» – «время ненавидеть». Когда парню сделали операцию, его мама очень удивилась, зачем мы «написали» это на груди ребёнка. Она не могла поверить, что сыночек мог сделать такое сам. Видимо, была слишком далека от его увлечений. И ничего хорошего из этого не вышло. 

Записал Иван Филатов
Иллюстрация: Юлия Саликеева

 

Author: Развилка

Новое медиа про людей, которые создают и исследуют современный мир. Развилка не выбирает хороших или плохих героев, лёгкую или сложную дорогу – свой правильный путь прокладываете вы.

Добавить комментарий