Качай благополучие: в чём гуманизм нефтегазовой отрасли

Нефть и газ – это ресурсы, равноценную альтернативу которым мы ещё долго не сможем найти. В этом уверен Дэвид МакДональд (David MacDonald), председатель экспертной группы по ресурсным классификациям при Европейской экономической комиссии ООН. С его слов объясняем, как нефтегазовые добытчики выстраивают свою стратегию, классифицируют ресурсы и ради чего они это вообще делают.

Нефть, газ и устойчивое развитие: в чём связь?

Устойчивое развитие – это такое развитие, которое помогает нам удовлетворять свои нужды сегодня. Но при этом оно не влияет разрушительным образом на ресурсы, которые потребуются будущим поколениям. Если мы будем расходовать всё, что имеем, то таких ресурсов останется мало, поэтому важно использовать их рационально. И для этого нужно регулировать экономический рост.

В 2015 году страны-участницы ООН обозначили 17 целей устойчивого развития, достичь которые (или хотя бы приблизиться к их достижению) планируют к 2030 году. И работники нефтегазовой отрасли могут повлиять на седьмую цель – обеспечение людей всей планеты чистой энергией.

Для нашего блага

Каждый пятый человек не имеет доступа к электроэнергии: особенно плохо с этим в некоторых странах Азии и Африки. Проблема глобального потепления, признанная множеством учёных, тоже стоит перед нами: около 60% всех парниковых газов приходится именно на энергетическую промышленность. Как же нефтегазовая добыча может повлиять на все эти проблемы?

К примеру, для поставки продовольствия и чистой воды в бедные районы требуется техника и, конечно, электроэнергия, чтобы качать и проводить эту воду к местам потребления.

Мы не можем отказаться от добычи и использования нефти и газа, потому что возобновляемые ресурсы ни к 2030 году, ни позднее не смогут полностью заменить их. XIX век сегодня воспринимается как век угля, ХХ – век нефти и газа, а XXI – возобновляемых энергоресурсов. Но каждый новый источник энергии не заменяет, а, скорее, дополняет предыдущий. Мы ведь до сих пор используем тот же уголь.

Сейчас пик не производства нефти, а пик спроса на неё

Коллекция ресурсов

Есть множество способов распределения ресурсов: по риску добычи, по степени геологической изученности, по тому, товарная это будет добыча или нет…

Допустим, мне нравится музыка и у меня есть много пластинок. Я должен их как-то рассортировать, чем и занимаюсь иногда зимними вечерами. Я классифицирую свои пластинки по-разному: например, по жанру. Иногда расставляю их по исполнителям или композиторам, по инструментам или по темпу, по дате выпуска или году, когда они были мною куплены. Каждая из этих классификаций даёт определённую информацию о моей коллекции, но полезность этой информации зависит от того, кто использует её. Если я раскрою вам, по какому принципу расставлены мои пластинки, вы сможете без труда найти нужную вам. Не зная этой закономерности, вы потратите много времени, чтобы понять, как пластинки организованы в коллекции, и только потом, возможно, загаданную пластинку найдёте. Но вряд ли у вас это получится, если я разложу все экземпляры по дате их покупки, известной только мне.

Однажды ряду компаний США пришлось отвечать перед правительством за фальсификацию своих запасов. На самом деле они не фальсифицировали их, а просто проводили классификацию не так, как предписывала Комиссия по ценным бумагам и биржам. В результате специалисты оказались в ситуации, когда даже им было непонятно, с каким объёмом ресурсов они на самом деле работают. Это внесло путаницу во всю отрасль, и многие руководители как маленьких, так и крупных предприятий отправились тогда в тюрьму или потеряли свои рабочие места.  

Всех выручит рамочная классификация

В 2009 году Общество инженеров нефтегазовой отрасли и ООН объединились и подготовили рамочную классификацию ресурсов. Она представляет собой трёхмерную сетку, осями которой являются три принципа.

Первый – степень геологической изученности. Добытчики должны понимать геологию: какой объём смогут добыть? Какова величина предполагаемой залежи?

Второй – тот факт, что специалисты основываются на экономическом проекте. Классифицируются лишь извлекаемые объёмы и те ресурсы, которые находятся пока в виде залежей. Но только если они потенциально могут быть добыты.

И третий – степень достоверности оценки: какова вероятность, что углеводороды вообще будут добыты?

Запасы ресурсов определяются положением их на графике кубика: вы считываете эти три критерия, как историю, описывающую весь проект.

Рамочная классификация может использоваться не только в нефтегазовой отрасли: она подходит и для возобновляемых источников тоже (например, воды). Классификация универсальна ещё и в том смысле, что позволяет людям работать как со своей домашней системой (российской, скажем), так и готовить отчётность согласно требованиям всей индустрии в мировом масштабе.

Три игрока на нефтегазовом поле

В добывающей компании есть специалисты – например, геологи или руководство, – которые используют эти оценки для определения геологической стратегии. Это внутренние игроки, которые работают с классификациями ежедневно. Их интересует, конечно, прибыль.

Внешние заинтересованные стороны – это те люди, которые устанавливают стандарты отчётности. По сути, это правительство. Этим игрокам важно понимать, какой объём ресурсов содержится в конкретном бассейне, чтобы сформировать политику дистрибуции, то есть сбыта.

Но есть и третий глаз – инвесторы. Кто угодно (даже вы!) может купить акции нефтегазовой компании. Эти люди пытаются предсказать выгоду своих инвестиций по её пресс-релизам. Что они хотят увидеть? Гарантии возврата их вложений с долей прибыли.

У всех сторон свои нужды и свой взгляд на то, что считать важной информацией. Поэтому создать классификационную систему, в которой каждый сможет найти ответы на волнующие вопросы, – это, конечно, большая проблема

Благополучие можно качать, если…

Во-первых, если у нас есть доступ к ресурсам. В мире много газа, который нельзя вывести из недр, и на рынке он не имеет никакой ценности.

Во-вторых, если мы имеем лицензию на разработку скважины. Компаниям отводится ограниченное время для ресурсной добычи. Например, у меня есть всего 20 лет на обработку этого месторождения, а в перспективе качать здесь можно все 40. Я должен учитывать только те объёмы, которые смогу получить за двадцатилетний период.

В-третьих, нужно понимать взаимосвязь рынка и продаж: найдётся ли на мою добычу покупатель? Кроме того, мы определяем, оправдано ли экономически бурение скважин в выбранном районе – это называется «валидация экономического кейса». И, конечно, учитываем соответствие социальным требованиям: будет ли наша работа полезна обществу?

Что касается открытости информации, то единственные сведения, которые добывающая компания должна обнародовать, – это объём доказанных (то есть коммерчески извлекаемых) ресурсов. Его нужно знать как правительству, так и потенциальным инвесторам. Остальные сведения сохраняются в компании.

Записала Мария Шпакова
Иллюстрации: Анна Власова

Добавить комментарий