«Мы летали “зайцем” в молодости»: авиадиспетчер о своей профессии

Сергей Шилов, авиадиспетчер из Салехарда с тридцатилетним стажем, рассказывает о том, почему человеку его профессии не обойтись без иностранного языка, как летать «зайцем» и спасти самолёт с двумя отказавшими двигателями.

– В чём заключается суть вашей работы?

– Авиадиспетчер организовывает безопасность полётов. Он связывается со всеми службами: метеорологической, аэродромной, аэронавигационной. Находясь в воздухе, экипаж не может самостоятельно сделать это, но ему необходимо знать погоду, направление и скорость ветра, состояние взлётно-посадочной полосы. Именно авиадиспетчер передаёт пилотам всю информацию. Ещё он оповещает о технических неисправностях воздушных судов, вынужденных посадках, предотвращает столкновение самолётов: даёт им команды на снижение или набор высоты. Авиадиспетчер работает за специальным монитором. Система может заблаговременно прогнозировать конфликтную ситуацию. В ней заложены все планы полётов, запасные аэродромы, перечень оборудования на судне. Всё воздушное пространство разделено на зоны, районы и секторы. Авиадиспетчеру дают одну определённую территорию, чтобы у него не было большой нагрузки. Он обслуживает воздушные судна, которые взлетают, садятся и пролетают транзитом в этой зоне. Если самолёт следует по маршруту из Салехарда в Тюмень, то его сопровождают восемь диспетчеров. А полёт длится всего полтора часа. Каждый из авиадиспетчеров работает в своём воздушном пространстве, потом передаёт все данные следующему диспетчеру.

– Сколько рейсов обслуживает авиадиспетчер за смену?

– У нас в Салехарде малоинтенсивное движение. В смену работают пять авиадиспетчеров, каждый из них обслуживает по 20-25 воздушных судов. После двух часов работы нам дают перерыв в 20 минут. В Москве самолёты взлетают практически каждую минуту с четырёх аэродромов. Там у авиадиспетчеров нагрузка ещё больше. За одним рабочим местом находятся сразу два диспетчера. Они контролируют друг друга. После часа работы в таких условиях им предоставляется десятиминутный перерыв.

– Что необходимо иметь для допуска к работе?

– Соответствующее высшее или среднее специальное образование, хорошее здоровье. Диспетчер перед выходом на смену проходит медицинский контроль, где врач измеряет пульс, давление и температуру, даёт допуск к работе. Кроме этого мы проходим врачебно-лётную экспертную комиссию, полугодовой медицинский осмотр терапевта, годовой осмотр у окулиста, невропатолога. Если есть какие-то проблемы со здоровьем, нам предоставляют санаторно-курортное лечение или направляют на более лёгкую работу: информатором в других аэропортах, инструктором на тренажёр, в группу обеспечения планирования воздушного движения. Ещё нам необходим сертификат о владении английским языком четвёртого уровня по шкале ИКАО (Международной организации гражданской авиации). Раз в три года мы проходим тестирование по английскому.

– Почему вы решили работать авиадиспетчером?

– Я с детства мечтал о работе в авиации. Самолёты, небо меня завораживали. Мы с другом поступали в омское лётное училище, но недобрали несколько баллов на конкурсе. Нам предложили учиться на техника, штурмана или авиадиспетчера. Мы выбрали последнее, не имея ни малейшего представления о профессии, и поехали учиться в Ригу. Работать я начал в 19 лет. Помню, примерно в это время открылась международная воздушная трасса из Европы в Азию. Для её обслуживания подготовили несколько человек, в том числе меня. Полёты производились одной французской авиакомпанией. В субботу их рейс вылетал из Парижа в Токио, а в воскресенье возвращался обратно. Тогда была моя ночная смена, я отработал её и в воскресенье сдал дежурство. Стоя на остановке, вспомнил, что у этой смены нет авиадиспетчера, владеющего английским языком. Смотрю, наш руководитель курит у окна. Спрашиваю: «Кто будет обслуживать французский рейс?» Из его рта выпала сигарета, он испугался, закричал: «Возвращайся обратно!» Так я и отработал две смены подряд.

– Работа авиадеспетчером даёт какие-нибудь привилегии при полётах?

– Мы летали «зайцем» в молодости. Подходили к командиру экипажа и просились полететь с ними. Нам всегда разрешали. Мы заходили в самолёт и садились на свободное место. Так летали в Москву, Тюмень, Краснодар, Симферополь, Киров, Воркуту. Бывает, приходишь на работу и не знаешь, куда тебя руководитель полётов сегодня отправит за продуктами. В Салехарде с продуктами тогда тяжеловато было. Мы могли слетать в Анапу только за мандаринами. Однажды у нас был конкурс профессионального мастерства. Чтобы его провести на хорошем уровне, надо было закупить продуктов. Договорились и полетели в Москву на грузовом самолёте, на котором везли ящики с муксунами (пресноводной рыбой). Мы взяли пару ящиков, обменяли их на 20 тортов «Птичье молоко» на Арбате. За оставшиеся муксуны договорились с аэродромной службой, чтобы нам дали машину до самолёта. Обратно мы летели на мешках с сухим луком и морковью.

– Какие были чрезвычайные ситуации во время дежурства?

– Мы обслуживали самолёт, который пролетал воздушную зону Салехарда. У него отказали радиосвязь и два двигателя из четырёх. Тогда мы развели другие судна от него и начали обеспечивать посадку на аэродроме. На борту находились больные люди, им необходимо было оказать медицинскую помощь. Справились. В таких ситуациях надо быстро принимать решения. У нас очень серьёзная работа. За спиной у экипажа находится до 400 человек, а у авиадиспетчера 15 таких бортов. Мы обеспечиваем безопасность каждому. Как говорится, небо находится в надёжных руках.

Текст: Полина Фролова
Фото из личного архива героя



Добавить комментарий