Анекдот без категории

Заходят как-то в павильон главный редактор модного журнала, автор сценария «Лета» и Михаил Идов. Садятся в режиссёрское кресло и снимают «Юмориста» – фильм о советском комике и российском ограничении свободы слова. Поверх титров ставят злободневный рэп, а на своей кинокарьере – крест.

– Тук-тук

Шутки в сторону: «Юморист» Михаила Идова получился невнятным, скомканным. Проблема фильма в том, что он так и не определился с тем, о чём рассказывает. С одной стороны – это высказывание на тему свободы слова и цензуры во всех её проявлениях. Разумеется, в антураже Советского Союза с привычными КГБшниками, кухонными разговорами и тотальной несправедливостью того времени. Видимо, существует определённый запрос на эпоху. Иначе объяснить, почему «Юморист» – о комике из СССР, а не из современной России, сложно.

Ведь Борис Аркадьев, главный герой, – всё равно выдуманный персонаж; а ограничение свободы слова, идея фильма, – проблема и нынешнего времени. Зачем прятать всё это в обёртку другой эпохи и аллюзий? Чтобы считать подтекст фильма, совсем не обязательно знать эзопов язык на уровне носителя.

Сын Аркадьева – типичный представитель свободолюбивого поколения

Более того, дальше обозначения конфликта фильм так и не зайдёт: есть герой, цензура его ущемляет, он идёт на бунт, ему обещают «кабзду», и всё – на этом фильм обрывается. Конечно, есть финальная сцена, связывающая всё действие с современной Россией. Но то, как герой справился с, казалось бы, непреодолимыми трудностями, остаётся за кадром.

– Кто там?

С другой стороны, «Юморист» – нераскрытая драма одинокого человека. Борис Аркадьев получился живым: ему сопереживаешь, за ним интересно следить. Герой ищет того, кто сможет его понять.


«Товарищ Бог, я хочу, чтобы меня любили. Достоин я любви или нет?» – спрашивает Аркадьев


Алексей Агранович отлично справился с ролью острого на язык комика с кучей проблем. Тяжёлые отношения с сыном-подростком, постоянная самоцензура и вызовы «на ковёр» – лишь немногие из них. Аркадьев страдает от того, что его считают всего лишь человеком, который «рассказывает анекдоты». Сам себя он считает чуть ли не продолжателем русской литературной традиции, ставит в один ряд с Тэффи, Чеховым. Но герой становится заложником публики и монолога про макаку Артура Иваныча. Вот только персонаж не получает должного развития: все сценарные силы брошены на идею ущемления свободы слова.

– Face!

Из «Юмориста» могла бы получится крепкая человеческая драма, но в итоге фильм скатывается в номинальное обозначение проблемы, не предлагая выхода из неё. Михаил Идов, конечно, приложил руку к важной картине, передающей дух эпохи и вызывающей добрую ностальгию. Только речь о его сценарной работе в «Лете» Кирилла Серебренникова, а не о «Юмористе».

– Контроль..?  

В зале зажигается свет. Начинаются титры и, конечно, забористый, политичный рэп Фейса. Подростки на соседнем ряду шепчут слова трека себе под нос. Уморительная картина.

Иллюстрации: www.kinopoisk.ru


Author: Никита Глазырин

Я Никита Глазырин

Добавить комментарий