«На высоте и воздух чище, и начальства меньше»

Валя Потапова – улыбчивая девушка невысокого роста. Уже восемь лет её тонкие красивые пальцы с аккуратным маникюром на длинных ногтях вяжут узлы, закрепляя страховку на поясе. О работе промышленным альпинистом в Петербурге она рассказала Развилке.

– Когда ты узнала, что существует профессия промышленного альпиниста?
– Лет десять назад от друзей, которые тогда и занимались промышленным альпинизмом. Но тогда я жутко боялась высоты и даже представить не могла, что нахожусь на крыше. Что уж говорить о том, чтобы висеть на большой высоте. Но в один прекрасный момент меня увольняют с работы, и ничего лучше, как идти в промальп, я не придумала. И вот уже восемь лет занимаюсь этим.

– Получается, что уже восемь лет это твоя основная работа?
– Да. Несколько лет назад я ещё совмещала: работала в веломагазине. Но когда он закрылся, остался только промальп. Теперь это моя основная и единственная работа.

5

– Чем занимается промышленный альпинист в течение года?
– Есть несколько видов деятельности. Те, кто занимается монтажом, вообще не различают сезоны. Я ремонтирую фасады: штукатурю, крашу, мажу, мою. И делю не на четыре, а на два сезона: зима и лето. Лето – это всё время положительной температуры и более или менее нормальной погоды. Это время, когда как раз и можно заниматься фасадами. А зимой я или работаю в крытых помещениях, или кидаю снег с крыш.

– На какую максимальную высоту ты поднималась?
– Если мы говорим о промальпе, то лучше было бы сказать «спускалась». Подниматься по зданию было бы тяжко, да и странновато. А самая большая высота, с которой спускалась, – 25-этажный дом.

– Где ты получала «корочки»?
– Сперва года два я работала без «корочек». Потом, когда попросили предъявить, я просто их купила. Потом года через три уже прошла официальные курсы с теорией и практикой, как, конечно, должно было быть в самом начале.

1

– Каким снаряжением пользуется промышленный альпинист?
– Основное – это верёвка, спусковуха, страховка, зажимы. Нужно уметь правильно вязать разные узлы и всегда помнить про технику безопасности.

– Что самое странное или необычное тебе приходилось делать на работе?
– Мы разбирали лыжный трамплин, участвовали в открытии Большого драматического театра, реставрировали библиотеку президента… Едешь потом по городу, смотришь на здания и вспоминаешь: «Этот дом мы красили, а тут – мазали швы».

– Ты видишь в своей работе в основном только хорошее. Почему?
– Когда поднимаешься на высоту, смотришь вокруг. А вокруг – красиво. С крыши много чего видно: и как меняется природа с весны до зимы, и какое небо, и какие люди под ним ходят. На высоте и воздух чище, и начальства меньше.

– Никогда не возникало желания сменить работу?
– Да, думала об этом, но пока ещё не знаю, чем бы хотела заниматься. Здесь мне очень нравится, я чувствую себя в своей тарелке. И хочу, чтобы моя следующая работа тоже приносила удовольствие и помогала развиваться дальше.

4

Не бывает, что перестаёшь чувствовать себя женственной и нежной?
– Вообще я обычная девочка. Да, на работе у меня стройка, грязь, тяжёлые физические нагрузки. Но я прихожу домой, и там – обыкновенные женские заботы и хлопоты: стирка, уборка, готовка. Из домашних хобби у меня – повязать, пошить. С друзьями мы много гуляем, активно проводим время. В балах, чтобы почувствовать себя очень нежной, потребности у меня нет. Думаю, они тогда в равной степени нужны и тем, кто за компьютером сидит по восемь часов в день.

– В коллективе ещё есть девочки, кроме тебя?
– В основном я работаю с напарником, реже – в коллективе. Лично знаю четырёх девочек, которые «висели», пусть и недолго.

– У тебя всегда аккуратный красивый маникюр, ты носишь довольно длинные ногти. В работе не мешает?
– Да, у меня есть такая особенность, что очень быстро отрастают ногти. Мой мастер по маникюру делает мне всегда очень хорошее укрепление, поэтому я долго их ношу, не ломаю даже на работе. Так что там они мне не мешают, а вот в повседневной жизни – да. Например, печатать неудобно, телефон не сканирует отпечаток пальца, готовить и убирать тоже не очень.

3

– Какие отношения с коллегами-мужчинами: они относятся к тебе как к «своему пацану» или как к леди?
– Я не разделяю работу и повседневную жизнь. У меня много друзей и знакомых парней, и, конечно, я не хочу, чтобы они считали меня за «своего пацана». Ну, а на работе – на равных, в одинаковых условиях. Они могут быть сильнее, лучше поднимают тяжести, а я – выносливее и делаю на высоте больше работы. Мне решительно не нравится, когда ругаются матом или дымят на меня. Если про меня помнят, то это, конечно, приятно, но я уж и не такая леди, что «донесите за меня ведро, смотайте мне верёвки, сделайте это, сделайте то». Так себя не веду и не хочу, чтобы так думали про меня мальчишки, не люблю излишнего внимания.

– Какая девушка никогда не смогла бы работать в промальпе?
– Только слепая, больная и хромая. Любой человек, который захочет и ему будет интересно, сможет заниматься промальпом. Тут не надо учиться шесть лет в колледже или университете. Всё зависит только от желания.

Фото из архива Валентины Потаповой

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s