«Кино само знает, когда оно должно произойти»

Дарина Умнова совсем недавно получила во ВГИКе диплом режиссёра неигрового кино, но уже успела снять два документальных фильма для «России-1», а в Петербург приехала к фестивалю «Перерыв на кино», чтобы забрать очередную награду за студенческую работу. Она рассказала Развилке о том, как уйти или не совсем уйти из театра на телевидение, как навсегда или не совсем навсегда из актрисы превратиться в режиссёра.

Darina7

– Дарина, давай для начала восстановим цепочку событий. Как ты из актёрской профессии пришла в режиссуру документального кино?
– С 10 по 11 класс, когда надо было судорожно выбирать профессию, я не знала, куда податься. И тут посмотрела какой-то фильм, ну, прямо очень мне нравилась актриса. И подумала: почему я так не могу? Могу. Причём фильм такой глупый, даже стыдно, что я пошла из-за этого в артистки.
Хотела в Москву. Но я такая молодец, приехала туда в конце июня, когда все отборочные туры уже закончились. В каждый вуз попала на одно прослушивание и, естественно, никуда не прошла.

Вернулась, поступила в ВУиТ (Волжский университет имени В. Н. Татищева). Я осознала потом, что это был правильный шаг. У нас там невероятный педагог Наталья Степановна Дроздова. Ещё с нами занимался Олег Теодорович Ринге. Он ставил спектакли, и в какой-то момент я начала осознавать, что мне интереснее этот процесс. Я наблюдала за мастером, как к нему приходят идеи, как он придумывает мизансцену, фон. И меня это всё завораживало.

Мы выпустились, и я решила, что надо ехать в Москву, поступать на режиссуру. На игровое кино я сразу не прошла, а прошла на неигровое. Конечно, мне было тяжело, потому что я ничего не знала о документальном кино вообще. Мастера сумели просто влюбить меня в него. Через год уже точно поняла, что пришла туда, куда надо.

Я не считаю, что сменила профессию, я просто расширила её для себя. И пошла на режиссуру именно кино, потому что решила: в театре уже разбираюсь достаточно. А кино – новая отрасль.


Я не считаю, что сменила профессию, я просто расширила её для себя


– Как ты защитила диплом? Что для него снимала?
– Дело в том, что во ВГИКе я училась на коммерческой основе, так как это второе высшее. Бюджетным студентам выделяют бюджет для фильма, а мы снимаем всё на свои деньги, это очень сложно. Мне повезло, что «Россия-1» искала режиссёра и меня порекомендовал им мой мастер, Сергей Валентинович Мирошниченко. Мне предложили тему – баскетбольный матч СССР – США на Олимпиаде 1972 года. Тогда как раз выходило «Движение вверх», а мы сделали документальный проект на эту тему, называется «Три секунды». Им я и защищалась во ВГИКе, это был мой диплом.

Конечно, и для канала, и для мастера, и для меня это был большой риск и огромная ответственность.

 

 

 

– Как тебе работалось с каналом? Ты чувствовала себя свободной?
– Как ни странно, да, абсолютно. С автором сценария мы обговаривали каждый шаг, но мне никто не вставлял палки в колёса, никто не пытался сломать мои идеи. Вот, например, второй проект, про Данилу [Козловского], приняли даже без правок.

Это ещё, наверное, связано с тем, что сейчас пришла новая молодая команда: люди, которые раньше работали на «24 Doc», которые знакомы с мировой документалистикой. У них намного шире представления о кино вообще. Они находятся в поиске новых форм, поэтому приглашают новых молодых режиссёров.

– Каких, например, новых форм?
– На телевидении есть некий формат. Мне совсем не нравится дикторский закадровый текст. Сухой, разжёвывающий всё. На «Трёх секундах» мы от него сразу отказались. Выстроили так, что всю историю рассказывали только герои.

Плюс, наверное, самое большое отличие – в монтаже. Свои два фильма для канала мы сделали с очень плотным, бешеным монтажом. Тогда картина летит, держит зрителя в постоянном напряжении, интересе, не появляется соблазна переключить канал.  Мне вообще хочется, чтобы документальное кино смотрелось так же интересно и захватывающе, как и игровое.


Мне вообще хочется, чтобы документальное кино смотрелось так же интересно и захватывающе, как и игровое


Какой у тебя твой любимый проект?
– Наверное, «Сообщите только жене» 2015 года. Это такая отправная точка моего пути. Несколько фильмов, которые я снимала до этого, были судорожным поиском себя. Только к концу второго курса я действительно поняла, где нахожусь, что делаю. Тогда и случилась картина «Сообщите только жене». Вот спустя три года она снова вызвала интерес, и тут, в Петербурге, мне дали приз за лучший документальный фильм на фестивале «Перерыв на кино». Хотя основная фестивальная жизнь этой картины уже прошла. За неё у меня больше всего призов.

 

 

 

– Как сложилась идея и сама картина «Сообщите только жене» с поисковыми отрядами, останками солдат, медальоном и запиской, которая дала название фильму?
– Скажем так, я была в поисках темы. В какой-то момент написала идеологу «Бессмертного полка», это ребята из Томска. Спрашивала, были ли такие случаи, когда люди из одного полка находили друг друга. Мне сказали: «Вы знаете, мы занимаемся не совсем этим. Вам, наверное, нужно к поисковикам». Что они ищут, я тогда не понимала. Оказалось, останки погибших солдат на полях боя. А после разыскивают родственников, чтобы с почестями захоронить героев войны. Мне дали контакты двух мужчин, у которых есть поисковые отряды. Я обоим написала, и первым мне ответил как раз мой герой, Игорь Николаевич. Мы с ним встретились в Москве, и он как-то сразу отнёсся ко мне как к родной. Уже через дней пять они уезжали в экспедицию. Всё, говорит, поедешь с нами.

Это невероятное режиссёрское везение, что мы, действительно, нашли там эти останки, с медальоном, с невероятной надписью в нём. Вообще всё как-то само собой сложилось. Да и интервью получилось очень трогательным.
Я считаю, что документальное кино – это какая-то магия. Знаешь, кино получается тогда, когда от тебя ничего не зависит. Ты не можешь решить, что кино должно произойти, нет. Кино само знает, когда оно должно произойти.


Я считаю, что документальное кино – это какая-то магия. Знаешь, кино получается тогда, когда от тебя ничего не зависит


Какие ещё тёплые моменты ты помнишь со своих последних съёмок?
– Если говорить про Данилу [фильм «Данила Козловский. Герой своего времени»], то, собственно, сам Данила нас очень удивил. Мы записывали интервью, когда он уже отыграл марафон спектаклей. Это была волшебная смена, потому что мы снимали интервью в Петербурге ночью, у нас из окна был виден Исаакиевский собор. И Данила был настолько свободен, настолько откровенен, что нас потряс. Все ведь пытаются залезть к нему в душу, его постоянно окружают какие-то люди, которым что-то от него нужно. И никто его не мог заставить его открыться нам, мы чужие люди. Но он действительно открылся, это было приятно.

Да и вообще в Питере всегда прекрасно. Это такой творчески наполненный город. Когда мы приехали на съёмки, ещё и погода была достаточно хорошая. Огромное удовольствие получили. Погуляли ночью по Дворцовой площади, по Мойке.

Darina2

– И всё-таки: скучаешь по театру? Может, думала вернуться?
– Скучаю. Когда мы снимали Данилу в театре, я с таким удовольствием ходила по эти коридорчикам, наблюдала за приготовлениями к спектаклю: разминка, растанцовка…

Если бы мне, например, предложили сняться в кино, я бы с удовольствием согласилась. Может быть, когда немножко спадёт это желание снимать, снимать, снимать – я похожу на кастинги. У меня ещё есть идея поставить в Тольятти спектакль. Я пока вынашиваю эту идею, разговаривала с актёрами. Думаю, что вполне может получиться. Это и может стать неким возвращением к театру.

 

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s